Сообщения Прокуратуры Братского района

Вопросы квалификации заведомо ложного доноса о преступлении

Заведомо ложный донос относится к числу довольно распространенных преступлений против правосудия. Такая распространенность объясняется тем, что донос нередко применяется как средство достижения определенных целей (устранение конкурентов, затруднение их коммерческой деятельности, сведение личных счетов и др.). В отдельных случаях заведомо ложное сообщение о преступлении используется в качестве приема защиты (например, сообщение о незаконном применении силы со стороны сотрудников полиции).

Опасность заведомо ложного доноса в том, что в случае заведомо ложного доноса о совершении преступления виновный посягает не только на интересы правосудия, но и на права личности, умаляя ее достоинство.

Конституционный Суд РФ указал, что при решении вопроса о наличии состава заведомо ложного доноса необходимо на основе анализа всех собранных доказательств устанавливать, служат ли сообщаемые сведения средством защиты своих интересов, не содержат ли они признаков оговора или доноса, являются ли заведомо для заявившего ложными или связаны с субъективным либо объективным заблуждением виновного, не находятся ли в причинно-следственной связи с примененным к нему насилием.

Приведенные положения показывают, насколько сложным может быть решение вопроса о наличии заведомо ложного доноса, несмотря на кажущуюся простоту рассматриваемого состава преступления. В ст. 306 УК РФ не указаны органы, ложное сообщение которым образует состав данного преступления. К таким органам относятся, прежде всего, органы, осуществляющие борьбу с преступностью и правомочные возбуждать уголовные дела – следственный комитет, полиция. Согласно ст. 15 УПК РФ суд не является органом, осуществляющим уголовное преследование. Между тем по делам частного обвинения, упомянутым в ч. 2 ст. 20 УПК РФ, заявление о преступлении принимает непосредственно суд (ст. 318 УПК РФ). Если в результате производства по такому делу суд установит, что имеет место заведомо ложный донос в отношении определенного лица, то помимо вынесения оправдательного приговора он направляет информационное письмо о факте заведомо ложного доноса в орган, осуществляющий уголовное преследование совместно с имеющимися у него материалами.

Итак, под ложным доносом о совершении преступления понимается сообщение, адресованное в итоге правоохранительным органам, о якобы готовящемся или совершенном преступлении или (и) лице, в нем участвующем. Из текста ст. 306 УК РФ следует, что сообщения об административных правонарушениях, дисциплинарных проступках, гражданских деликтах, а также аморальных поступках не подпадают под признаки данной нормы.

Следует обратить внимание на то, что ответственность за ложное сообщение об акте терроризма предусмотрена специальной нормой по отношению к ст. 306 УК РФ – ст. 207 УК РФ. При этом объективная сторона состава преступления, предусмотренного ст. 207 УК РФ, такова, что ответственность возможна за заведомо ложное сообщение только о готовящемся акте терроризма. Для наличия состава преступления, предусмотренного ст. 306 УК РФ, необходимо, чтобы донос о совершении преступления был ложным, т.е. не соответствующим действительности. Это может относиться только к событию преступления, когда о причастных к нему лицах не сообщается, либо связано с обвинением конкретного лица в преступлении, которое оно не совершало.

Однако ложность должна охватывать фактические обстоятельства, а не их юридическую оценку, поэтому если заявитель, верно описав события происшествия, даст ему неверную юридическую квалификацию (поскольку, например, не имеет юридического образования и т.п.), то речи о заведомо ложном доносе нет. Кроме того, сообщение правоохранительным органам своих предположений, мнений или догадок не образуют ложного доноса.

Не будет ложным доносом, если лицо сообщило действительные факты о готовящемся преступлении, от совершения которого виновные в дальнейшем добровольно отказались.

Ложный донос является оконченным преступлением в момент получения сообщения (заявления) указанным выше органам или их должностными лицами. Последствия (например, возбуждение уголовного

дела, его расследование и судебное рассмотрение, осуждение невиновного) не учитываются при квалификации, но имеют значение для выбора меры наказания.

Субъективная сторона преступления характеризуется только прямым умыслом. Об этом свидетельствует указание закона на заведомость ложности сообщенных сведений о совершении преступления. Виновный сознает, что сообщает правоохранительным органам, обязанным реагировать на это сообщение, безусловно ложные, не соответствующие действительности сведения о совершении преступления, и желает совершить эти действия, т.е. ввести в заблуждение соответствующие государственные органы. Добросовестное заблуждение в оценке сообщенных сведений исключает возможность квалификации последних как ложного доноса.

Мотивы ложного доноса в большинстве случаев носят личный характер (месть, зависть, ревность, неприязненные отношения, стремление скрыть истинного преступника и др.), но иногда они могут носить иной характер, например политический.

Обычно, но не всегда, это преступление совершается со специальной целью – возбуждения уголовного дела и привлечения конкретного невиновного лица к уголовной ответственности. Однако иногда заявитель преследует иные цели. Например, лицо ставит цель получить страховку, инсценируя при этом кражу своего имущества.

Установление цели, характерной для рассматриваемого преступления, служит и отграничению заведомо ложного доноса от смежных с ним составов преступлений, в частности, от клеветы, соединенной с обвинением лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления (ч. 5 ст. 128.1 УК РФ). Так, при клевете умысел направлен на то, чтобы опорочить другое лицо любыми сведениями (а не только сообщением о совершенном им преступлении). Поэтому и сообщаются эти сведения любым лицам, а не работникам правоохранительных органов, обязанных решать вопрос о возбуждении уголовного дела.

Понимание целевого назначения заведомо ложного доноса помогает не только разграничить смежные составы преступлений, но в некоторых случаях является и основанием для непризнания в действиях виновного состава преступления. На практике отсутствие цели привлечения невиновного к уголовной ответственности, например, когда заведомо ложный донос является способом защиты от обвинения означает, что его применение не образует состава преступления, предусмотренного ст. 306 УК РФ.

Несмотря на то что вопрос об уголовной ответственности за заведомо ложный донос имеет глубокие исторические корни, он актуален и сейчас. Каждый заинтересован в том, чтобы все совершенные преступления были надлежащим образом расследованы, а виновные лица привлечены к ответственности и понесли наказание. При этом качество правосудия должно быть таким, чтобы полностью исключалась любая возможность привлечения к уголовной ответственности невиновных лиц.

Заведомо ложные доносы отвлекают правоохранительные органы на проведение предварительного расследования возбужденных по таким заявлениям уголовных дел, что связано с необоснованными допросами граждан, проведением дорогостоящих экспертиз и ревизий. Иногда это приводит к предъявлению обвинения, избранию меры пресечения в отношении невиновного лица и иным отрицательным последствиям.

Таким образом, высокая общественная опасность заведомо ложного доноса очевидна.

Помощник прокурора Братского района юрист 1 класса А.В. Каминский

Похожие записи

Исчисление срока в виде лишения специального права – управления транспортного средства при наличии административного наказания.

Право должника на сохранение заработной платы и иных доходов ежемесячно в размере прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации

Значение субъективной стороны преступления